Родом из Дебальцево. В ритме сердца

24

Такие люди идут по миру, оставляя яркий след, согревающий теплом надежды и жизни. Их невозможно заключить в рамки стандартного восприятия реальной действительности. Они преодолевают стереотипы, игнорируя непонимание и страх окружающих. Первопроходцы на грани риска, изобретатели теорий невероятности, открыватели человечности в нас самих. Если повезёт, их признают современники, в другом случае – оценят потомки. Но живут они, конечно же, не ради славы на земле. Геннадий Кнышов, директор института сердечно-сосудистой хирургии им. Н. Амосова, доктор медицинских наук, академик НАМНУ, Герой Украины. И в моём субъективном взгляде – человек, постигший мудрость.
А ещё Геннадий Кнышов дарит нам чувство сопричастности, ведь как многие из нас, профессор, входящий в научную мировую элиту, с трепетом произносит: «Я родился в Дебальцево». И, конечно же, больше других повезло ОШ №3, там он учился, туда приезжает с радостью. И, как заметил академик, он много выступал в России, Европе, университетах и институтах, но впервые прочитал лекцию (кстати, больше похожую на исповедь) школьникам.

ИНСТИТУТ АМОСОВА
– Кардиохирургия – элитное, наукоёмкое направление в медицине. К примеру, средняя операция на сердце за рубежом стоит порядка 60-120 тысяч долларов. Мы же за 50 лет провели более 150 тыс. операций, начиная от новорождённых детей до глубоких стариков, которым продлили жизнь не на один десяток лет. Сегодня сердечная хирургия достигла высокого уровня. Во время хирургического вмешательства организм пациента может подключаться к искусственным желудочкам и лёгким, печени и почкам, чтобы не посадить эти органы огромным количеством лекарств. Всё это позволяет проводить операции с наименьшим риском для пациента. Одна из новых разработок – гипо- и гипертермия. Как известно, 60\% энергии организм тратит на поддержание температуры тела и 40\% – на механические процессы. После остановки сердца клетки мозга умирают через несколько минут, если их не охладить с помощью искусственного кровообращения. Это позволяет снизить обменные процессы и защитить организм от угрозы гибели. Благодаря гипертермии – нагревании крови до определённой температуры, идёт стимуляция иммунной системы.

Или порок, который несложно устранить – достаточно поставить «заплаточку» или наложить два-три шва. Ничего особенного, но для этого нужно остановить сердце, а чтобы организм не погиб, – подключить искусственное кровообращение.

Как реагирует организм на инфекцию? Повышением температуры. Издавна применяются укутывания, компрессы, прогревания, которые оказывают местное влияние на организм, и в результате человек выздоравливает. Как происходит этот процесс и каким образом можно на него влиять? Мы активно изучаем эти вопросы. В частности, создали специальную иммунологическую лабораторию, которая выдаёт информацию о состоянии иммунной системы пациента по 19 показателям.

На Всемирном конгрессе перфузиологов я делал доклад о результатах операций с нагретой кровью при инфекционном эндокардите (кстати, в европейских странах летальность при этом заболевании – 6-8\%, у нас – 1,5\%). И в это время проводился опрос, чтобы выяснить, кто ещё применяет такой метод – каждый участник мог проголосовать, нажав кнопочку «да» или «нет». Оказалось, никто. Хотя патентов много, но в основном этот метод применяют в онкологии – молодые раковые клетки весьма чувствительны к температуре, при высокой они погибают.

НАУКА ЛЕЧИТЬ
Наука нуждается в бесконечном движении, и я живу в этом процессе. Рабочего дня недостаточно – этим занимаешься круглые сутки. Случается, что какая-то проблема неделями не даёт покоя. Вдруг просыпаюсь ночью оттого, что ясно вижу решение, записываю быстренько в блокнот, утром читаю – бывает, совсем не то, а иногда – в самую точку. Жить в таком напряжении, конечно, непросто, но интересно.

У нас хорошая школа – в институте работают около 50 докторов и кандидатов наук. Серьёзный подход к утверждению тем диссертаций – разрабатываем только новые концепции. Но сегодня не хотят в науку. В институт приходят единицы тех, у кого горят глаза. Хирурги готовы день и ночь стоять в операционной, блестяще делают операции, но наукой заниматься после таких тяжёлых операций у них нет ни сил, ни времени.

Наш институт оснащён всем необходимым оборудованием. Чего стоит аппарат для внутриаортальной баллонной контрпульсации. Это механическое устройство для поддержки насосной функции сердца у больных с острой коронарной и левожелудочковой недостаточностью. То есть он работает в ритме сердца. Иными словами, мы не только в Украине, но и в европейских масштабах на достаточно высоком уровне, наряду с Германией, Францией, США.

Постоянное развитие кардиохирургии позволило разработать новый раздел эндоваскулярной хирургии – исправление суженных сосудов, сердечных клапанов. Начали с детей, поскольку они плохо переносят традиционные операции. Кроме того, после скальпеля остаются рубцы на теле и сосудах, и позже нужны новые операции – организм ведь растёт. Сегодня пациенту по сосуду к месту его сужения подводят баллончик, расширяют, кровоток восстанавливается – и никакого шрама.

Мы выполняем свыше 500 операций в месяц, две трети из них – на открытом сердце. За год принимаем более 30 тысяч пациентов. При этом бесплатное лечение получают около 80\% больных. По финансовым причинам мы никому в операции не отказали. Очень внимательно отношусь к землякам – для дебальчан зелёный свет, и всегда им с радостью помогаю.

ЗДОРОВАЯ НАЦИЯ?
– Когда-то, чтобы иметь критерии для оценки эффективности как всей медицины, так и отдельных направлений, в том числе и кардиохирургии, я решил сравнить данные по Украине (тогда нас было 50 млн.) и по Донецкой области (5 миллионов жителей), где есть индустриальные и сельскохозяйственные районы. Всё это позволяло экстраполировать полученные результаты на всю страну. Я начал с врождённых пороков сердца, собирал информацию в горздравах, в райбольницах и роддомах, изучил все отчёты, какие только можно было найти. И поразился, когда оказалось, что в сельской местности врождённых пороков сердца почти в два раза больше, чем в городах.

Какого ребёнка родит женщина, которая каждый день дышит гербицидами и пестицидами, а релакс для неё – сигарета и стакан? В аграрных районах ситуация оказалась намного хуже, чем в индустриальных, где статистика укладывалась в рамки данных ВОЗ: 8-9 случаев врождённых пороков сердца на тысячу детей, родившихся живыми. А я ожидал, что будет больше.

– Сердце формируется в первые восемь недель беременности. Пульсация сердечной трубки начинается на 22 сутки после зачатия! Это очень важный момент. Если в это время на женский организм влияют токсические вещества (никотин, алкоголь, химические соединения и т.д.), возникает интоксикация, которая замедляет рост клеток. При тех условиях труда и быта, которые у нас превалируют, будущую мать нужно отправлять в отпуск после зачатия, когда формируется сердечно-сосудистая система и мозг будущего ребёнка, чтобы она могла отдыхать на природе, дышать морем, лесом. Декретный отпуск, который она получает перед родами, уже не сможет ничего изменить – все жизненные системы плода сформировались, в том числе и пороки. Нужно добиваться, чтобы в самом начале зарождения жизни ребёнка будущая мать находилась в хороших условиях. Это исследование подтолкнуло нас к следующей проблеме – мы занялись анализом причин смертности новорожденных. И снова пришли к тому, что высокая смертность вызвана не сердечными болезнями, а другими причинами. Если ребёнок выдержал первый год, у него есть шансы дожить до 14-15 лет, затем наступает вторая волна смертности. В этом возрасте проявляется гормональный всплеск. Если вовремя не оказать адекватную медпомощь, почти все умирают до 20 лет. Зачем мы это изучали? Чтобы разобраться, сколько детей мы могли бы спасти. Теоретически это около 70\% малышей с простыми пороками, но при условии, что их своевременно (!) продиагностировали и доставили в нашу клинику. Результатом этой работы было создание первого в Украине отделения хирургического лечения врождённых пороков сердца у новорожденных.

В СМЕРТИ ПАЦИЕНТА ЧАЩЕ ВИНОВЕН ВРАЧ
В Украине принято считать, что причиной летального исхода 62\% от общего числа умерших стали сердечно-сосудистые заболевания. Но это не так. Повлечь смерть может что угодно – от воспаления лёгких до инфекционных заболеваний. Неправильная диагностика, неверное лечение, не досмотрели, не разобрались. Диагнозом «сердечная недостаточность» доктора страхуются от своих ошибок. Если пациент пришёл в больницу своими ногами, то и покинуть её должен самостоятельно. И когда ему после лечения не лучше, а хуже, значит, мы чего-то не учли. 90\% умерших – это вина врачей, что равняется преступлению. В особенности летальный исход операции. Когда человек умирает, у него, естественно, останавливается сердце. Доктор фиксирует этот факт, далее он обязан написать причину смерти, а что тут думать, если сердце остановилось?!

Наши кардиологи утверждают, что в Украине 11 млн. гипертоников, и гордятся тем, что с каждым годом растёт выявляемость этой патологии. Но что это даёт пациентам, кроме осознания того, что они нездоровы? Ни один врач ещё не вылечил ни одного гипертоника – медикаменты, которые принимает больной, снижают давление на 6 или на 10 часов. И всё.

Кардиологи всё больше диагностируют, консультируют, назначают лечение, а проблема остаётся – у нас очень много гипертоников и больных с инфарктами миокарда. Нигде в развитых странах нет ни такого количества инфарктов, ни аневризм левого желудочка после инфаркта, как у нас. В Украине в 22 раза больше аневризм, чем в Англии, например. Их развитие можно предупредить приёмом антиагрегантов и своевременной коронографией, стенированием и коронарным шунтированием, в мире их выполняют миллионы в год. Это и есть профилактика инфаркта и его последствий.

Парадокс в том, что и общество, и государство считают инфаркт почти закономерностью. Если у человека он развился, никого не удивляет, что тот стал инвалидом или умер – именно такого финала ожидают, услышав диагноз. Это абсолютно неправильно. Болезнь сердца – диагноз, а не приговор. Если её профессионально лечат.

ТРАНСПЛАНТАЦИЯ
– Считаю это направление для кардиохирургии бесперспективным. Применяемый при операциях аппарат искусственного кровообращения, по сути, механическое сердце. Проблема пока в надёжных источниках питания. Недавно в Америке сделали операцию по вживлению искусственного сердца, которое должно работать без подзарядки несколько месяцев. Есть и батарейки, вживляемые под кожу, но их хватает на 5-6 часов, затем надо подзаряжать. Думаю, что вряд ли когда-либо биологическое сердце смогут заменить механическим. Но что касается донорского… В технике операций нет проблем. Здесь вопрос этический: как забрать у человека сердце. Я участвовал в пересадках за рубежом, и этот момент произвёл на меня жуткое впечатление. Молодая красивая женщина упала с велосипеда, ударилась головой. Сильнейший отёк мозга, кровь в него не поступает. Значит, можно сделать заключение, что мозг погиб. Пациентка без сознания. Но известны случаи, когда люди приходили в себя через несколько недель! Однако решение уже принято: три бригады врачей изъяли у женщины печень, почки, сердце для трансплантации – и осталось пустое тело… В этой стране, правда, не требовалось разрешение родственников. А в Америке близкие умершего согласились с тем, что врачи возьмут его органы, но пришлось выбирать, кому пересаживать: один донор подошёл троим нуждающимся. Семья выбрала, теперь общаются со спасённым, как родные. Сегодня сердце «для себя» можно вырастить из собственных клеток, и риск отторжения минимален. А ещё – пересадка генетически изменённого сердца свиньи. Эти животные наиболее близки человеку по строению органов. В свиной зародыш можно ввести клетки человека, которому предполагается трансплантация сердца – и после пересадки понадобятся минимальные дозы иммунодепрессантов. Такие опыты уже проведены с обезьянами. Конечно, некоторые люди дожили до 60 лет, четверть века из которых – с пересаженным сердцем, но таких единицы. Им, можно сказать, повезло – случайно оказалась очень хорошая совместимость.

МУЖЕСТВО ХИРУРГА
– Как тяжело выйти к родственникам, чтобы сообщить им о смерти близкого человека. Что поделать, хирургия не всесильна. Сначала, когда ситуация уже ясна, посылаю ассистента, он объясняет, что положение сложное, но надо надеяться. А затем – … Горе оно безмолвно, уверяю вас. Ни слёз, ни криков – глубокая скорбь и боль, что невольно передаётся врачу. Кардиохирургу необходимо мужество. Ведь нелегко взять на себя ответственность за чью-то жизнь и вынести вердикт: человеку нужно делать операцию. Надо не сказать лишнего, но и зря не обнадёжить. А когда входишь в операционную, здесь никаких эмоций. Ты на рабочем месте и думаешь о том, как лучше разрезать, как охладить.

Хирургия – это искусство. А если ты учёный, творец, то невольно остаёшься в одиночестве, ведь все мысли и время заняты поиском идей. Ты неинтересен своей одержимостью окружающим, собравшимся в праздник за столом или в гостях, поскольку главная тема, вызывающая твой интерес – обсуждение инноваций и проблем в области медицины. Всё остальное кажется менее важным и значимым. Но каждый сам выбирает свой путь. И когда ты решил ему следовать – задавай тон, будь первым, пусть сначала непонятым, но со временем за тобой пойдут люди. Я объехал весь мир, практически, нет ни одной страны, где бы я не побывал, принося своему времени, надеюсь, пользу.

В МИРЕ ВСЕ? ПРОСТО
– Самое интересное то, что происходит с физиологией человека. Это настоящее чудо. Как по-разному приспосабливается организм в разных климатических условиях. А зачатие новой жизни? Помню, я начинал свой путь в медицине в акушерско-гинекологическом отделении. Работал с усердием, делал по 25 абортов в день. И вот однажды ночью во время моего дежурства привезли роженицу. В предродовой палате находились мы втроём: я, акушерка и будущая мама. И вдруг появляется четвёртый человек, он плачет, живёт. Вот это чудо! Помню, это меня так потрясло, что я даже серьёзно думал остаться в этом направлении медицины.

Но при всей мудрости природы сам человек за тысячелетия не изменился вовсе. Те же чувства любви, ненависти, зависти, злости. Те же эмоции страха и отваги. Возможно, амбиции и помогают ему двигать прогресс. Ведь буквально за сто лет развитие шагнуло намного вперёд. Что же нас ждёт дальше? Альтернативная энергетика, изменение отношения к экологии, изучение космоса и стремительные наработки биоинженерии. В этом мире всё просто – надо лишь присмотреться. Почему волосы на голове и ногти на пальцах растут всё время, а, скажем, зубы не восстанавливаются? Если вырезать две трети печени она вернётся к прежним размерам, а при пятидесяти процентах удаления – не растёт. Как работает здесь команда «старт» и «стоп». Изучение человека – увлекательнейшая сфера. А животные? Ведь из их «опыта» можно извлечь немало полезного. Например, антимикробное свойство крови крокодила – отсутствие нагноений и сепсисов, зимняя спячка медведей и прочее. Вокруг много неисследованного.

Валентина Покорчак


Цитаты Геннадия Кнышова:

«Если углубляешься в науку, изучаешь досконально природу вещей, понимаешь, что знаешь очень мало, или – ничего не знаешь».

«Деньги не могут сделать человека счастливым. По-настоящему счастливым можно стать при творческом самовыражении. Когда созидаешь, забывая обо всём на свете, кроме процесса изобретения».

«Медицина, как и профессия хлебороба, нужна в любое время человеческой эволюции».

«Мне интересен процесс творения больше, чем результат. Я и сегодня, например, хожу на репетиции оперного театра, поскольку мне гораздо интереснее, как формируется образ, чем уже готовый продукт».